События

Александр Велединский: «Совесть – это частичка Бога в нас»

Елена Еловик, БЕЛТА Источник (ссылка откроется в новом окне)

Недавно зрители, не отрываясь от телеэкрана, смотрели 8-серийную картину «Обитель». Действие разворачивается в лагере особого назначения на Соловках в 1920-е годы, где чекист Федор ставит эксперимент по «перековке человека», мечтая построить новую цивилизацию. Эта премьера стала самым обсуждаемым кинособытием в разных странах. Беседуем с режиссером фильма Александром Велединским о «знаках судьбы», способности найти человеческое даже в «чудовище из чудовищ» и Соловках, которые не описаны Солженицыным.

– Во время съемок на Соловках происходили какие-нибудь мистические случаи?

– Не люблю слово «мистический»… Скажем так, случалось нечто невероятное. В Соловецком монастыре снимать было невозможно, потому что он действующий. Делать декорации под 1920-е годы тоже не имело смысла – кругом новодел. Плюс постоянные службы, туристы. Поэтому для съемок выбрали Кирилло-Белозерский монастырь, в котором сохранились еще фрески Дионисия. Там же снимал фильм «Бес» Николай Досталь. В часе ходьбы от обители находится действующий Ферапонтов монастырь. В крайний съемочный день подходит к нам парень из массовки, дарит книгу о Кирилло-Белозерском монастыре и говорит: «Вы начали снимать фильм в день поминовения святых Соловецких новомучеников и исповедников, расстрелянных и замученных в 20-30-е годы, а сегодня – день поминовения Кирилло-Белозерских и Ферапонтовских новомучеников и исповедников».

Кадр из фильма «Обитель»

Кто знает хоть что-то о производстве фильмов, понимает: такое невозможно подстроить. Даже если бы я захотел, то на 99% не смог бы так подогнать все графики! Женя Ткачук, исполнитель главной роли в «Обители», просто заплакал, когда узнал о невероятном совпадении в датах съемок и дней поминовения.

– Ваше отношение к такому персонажу фильма, как первый комендант Соловецкого лагеря Теодорс Эйхманс? Автор романа, по которому вы снимали «Обитель», Захар Прилепин назвал его «чудовищем в мире чудовищ».

– Соглашусь с Захаром. Но замечу, что он изменил этого героя, добавив к его фамилии букву – в романе и фильме он Эйхманис. Это дало определенную свободу и самому писателю, и нашей съемочной группе, и Сереже Безрукову, который сыграл эту роль. Он очень серьезно изучал биографию Эйхманса. И относился абсолютно беспощадно к своему персонажу, что редко случается с артистами. В какой-то момент я даже сказал, что надо бы найти хоть какую-то человеческую опору для его героя. Сережа тогда вспомнил: у Эйхманса погибла жена в Алма-Ате в 1921 году, во время страшного бедствия, селевого потока. И мы с ним придумали и дописали в сценарий эпизод про эту личную трагедию. Потому что как бы чекисты ни зверствовали, у каждого из них были моменты в жизни, когда они страдали и мучились. Другое дело, как это на них повлияло. У кого-то совесть осталась на втором плане, кто-то вообще ее затоптал.

– Что позволяет меняться или оставаться прежними людям, которые попадают в такую мясорубку истории?

– Только совесть. А что еще? Достаточно банальный ответ, но другого-то нет. Совесть – это частичка Бога, которая нам дана, она нас терзает и мучает. Именно про совесть и стыд, которыми движим человек, я и делал фильм «Обитель». Осознал это, когда закончил монтаж картины. Тогда же понял, что отвечаю сейчас только за себя и имею право трактовать какие-то вещи на свое усмотрение, без оглядки на роман Прилепина. Поэтому и финал у нас, с одной стороны, изменен, а с другой – нет.

– Какие отклики получили на премьеру?

– Фильм показали не только на телеканале «Россия», но и на платформе «Смотрим.ру». В целом отзывы очень радовали. Разные люди разных политических и человеческих взглядов, как Алла Вассерман, например, и Александр Проханов, приветствовали фильм. Были и хейтеры, конечно. Привыкли, что если ГУЛАГ, то это должно быть показано так, как это делали Шаламов и Солженицын. Но правда в том, что как было в 20-е годы, никто не знает. Посмотрите хронику 27-го года, которую мы используем в фильме. Да, понятно, что она пропагандистская и в кадре показывали, как хорошо жили заключенные. Но это факт: люди носили в лагере бороды и длинные волосы, ходили в своей одежде. И магазины работали, и деньги были, и лагерный театр, и оркестр. Мы знали, что за показ этой реальности нас будут ругать диванные критики, но это историческая правда.

– Что, на ваш взгляд, важнее в переломные моменты истории – справедливость или милосердие?

– На этот вопрос я давно для себя ответил. Конечно, милосердие. Абсолютно! Я это понял, снимая сериал «Закон». Он вышел в 2002 году, и герой Назарова прямым текстом в этой картине говорит: «Если бы Бог был справедлив, если бы всем воздавалось по грехам, то давно бы не было жизни на Земле. Грешны все. А Бог милосерден. Он любит и терпит». Поэтому, конечно, я за милосердие. Справедливости никогда не было и не будет в глобальном смысле. Но это не значит, что за нее не надо бороться. Я тоже жажду справедливости, пытаюсь ее где-то восстановить. Но не любой ценой, конечно.

– Не могу не спросить про белорусского актера Владимира Гостюхина, который недавно отметил 75-летний юбилей. Как вы оцениваете его работу в вашем сериале «Дальнобойщики»?

– Когда мы решали, кого пригласить на роль, продюсер предложил: «Может, Гостюхина?». И все пять сценаристов просто зааплодировали, потому что лучшего варианта было не найти. Гостюхин – великий артист! И человек замечательный. Личность!

Ваш комментарий

Чтобы оставить комментарий

войдите через свой аккаунт в соцсети:

... или заполните форму:

Ваше имя:*

Ваш адрес электронной почты (на сайте опубликован не будет):

Ссылка на сайт:

Ваш комментарий:*


Александр Велединский

28 июня в рамках проекта «Культурная линия» и при содействии международного медиаклуба «Формат А-3» гостем онлайн-встречи на латвийском радио Baltkom стал один из сильнейших…… →

Фото
Видео
Статьи