События

27.07.2021,

Владимир Легойда

27 июля в рамках проекта «Культурная линия» и при содействии международного медиаклуба «Формат А-3» в эфире латвийского радио Baltkom состоялась онлайн-встреча с одним из самых авторитетных и ярких российских церковных деятелей, кандидатом политических наук, профессором кафедры международной журналистики и кафедры мировой литературы и культуры МГИМО, и. о. руководителя пресс-службы Патриарха Московского и всея Руси Кирилла, главным редактором журнала «Фома» и ведущим авторской программы «Парсуна» на телеканале «Спас» Владимиром Романовичем Легойдой.

Владимир Легойда - первый в истории светский человек, ставший председателем Синодального отдела Московского Патриархата, который сегодня занимается взаимоотношениями Церкви с обществом и СМИ.

Дискуссия на тему «Между миссией и медиа – что происходит сегодня в православной журналистике» была приурочена к празднику Дня Крещения Руси, отмечаемому 28 июля и вызвала серьезный интерес как среди многочисленной православной конфессии Латвии, так и со стороны журналистов из разных стран, придерживающихся разных религиозных взглядов.

Первым делом гостя попросили представить зарубежной аудитории новые интересные онлайн-проекты православных СМИ.

«Проектов очень много, я назову те проекты, которые мне лично известны и с которыми я сам как-то связан. Первый проект - «1418», который посвящен событиям каждого дня Великой Отечественной войны. Съемки проходили в разных местах, в том числе и в военно-патриотическом парке «Патриот», где стоит новый главный храм вооруженных сил России.

У радио «Вера» и журнала «Фома», хорошо известных наших православных СМИ, есть совместный проект детской христианской аудиоэнциклопедии «Вопросы Веры и Фомы, или Чай с вареньем», рассказывающий детям об основах православной веры. Вера и Фома – это имена детей, героев энциклопедии, которые задают вопросы на самые разные темы и получают на эти вопросы ответы. Авторы идеи этого проекта в свое время вдохновились очень увлекательным российским форматом «Аудиоэнциклопедии с Чевостиком», которую очень многие дети смотрят и любят.

Еще могу назвать образовательный мультимедийный проект, который тоже связан с Фондом «Фома Центр» - это «Минутная история», представляющая собой 50 мультипликационных роликов, в каждом из которых за одну минуту рассказывается о важном и интересном факте из истории России. Как говорит молодежь, хорошо заходит. Рекомендую посмотреть».

Поскольку в 2021 году отмечается 800-летие Александра Невского, и патриарх Кирилл объявил текущий год годом Александра Невского, Владимир Легойда также вкратце рассказал слушателям и зрителям эфира об основных мероприятиях, запланированных в этой связи Русской Православной Церковью. Мероприятия начнутся в Санкт-Петербурге 12 сентября, в праздник перенесения мощей благоверного князя. Если позволит эпидемиологическая ситуация, подчеркнул гость, то будет и крестный ход, и гала-концерт в зале «Октябрьский». Владимир Романович также отметил, что в Интернете можно найти несколько ресурсов, посвященных Александру Невскому – сайт https://aleksandr-nevskiy.ru, созданный силами Московской Духовной академии и сайт https://anevsky800.ru, созданный силами Санкт-Петербургской митрополии, где будет идти трансляция всех сентябрьских мероприятий.

Отвечая на вопрос о том, как продвигаются дела с идеей установки памятника Александру Невскому, который, к слову, десять с лишним дет назад по результатам телевизионного проекта «Имя России» был признан именем России, Владимир Романович подчеркнул, что благоверного князя тогда представлял на телеканале «Россия» митрополит Смоленский и Калининградский Кирилл, нынешний патриарх Московский и всея Руси.

«Вы, наверное, помните в какую бурную дискуссию переросло недавнее обсуждение установки ему памятника на известной площади в Москве. И даже дало потом повод говорить о том, что крайне не вовремя возникла эта идея - не по самому памятнику, а по месту его установки. И вместо того, чтобы людей объединять, символом чего, собственно, и является фигура Александра Невского, она, напротив, как-то так столкнула людей. Слава Богу, что московские власти совершенно справедливо решили эту тему снять. А что касается идеи установки памятника, она никуда не делась. Насколько я знаю, есть оргкомитет (и государственный, и церковный) празднования 800-летия Александра Невского, памятник будет поставлен, но совершенно необязательно, что в Москве».

В связи с тем, что в Латвии православную церковь многие воспринимают как руку Москвы, одна из самых острых тем, поднятых в рамках эфира, коснулась распространенного обывательского обвинения Русской Православной Церкви в слиянии с государственной властью.

«Тезис о слиянии Церкви с властью – это, на мой взгляд, устоявшийся и, безусловно, ложный стереотип, который присутствует как в медийной среде и блогосфере, так, наверное, и в сознании у части людей. Но надо всерьез посмотреть на ситуацию, которая заключается в следующем: Русская Православная Церковь – это не Церковь Российской Федерации, и слово «русский» здесь не имеет отношения к одному государству. Русская Православная Церковь представлена во многих странах своей канонической ответственности. Это и Украина, и Беларусь, и ваша замечательная страна Латвия, и многие другие страны. О слиянии с каким именно государством идет речь? И Святейший Патриарх, если вы помните, до событий 2014 года ежегодно, а иногда и два раза в год, посещал ту же Украину. И всегда говорил, что он не приезжает туда, как посланник Москвы в политическом контексте. Патриарх приезжает к своей пастве, чтобы вместе с ней помолиться, он приезжает в свои церкви, и неважно какого цвета у него паспорт в кармане.

Если мы говорим конкретно про Россию, то сейчас отношения Церкви с государством - хорошие. Но разве нужно непременно, чтобы они были плохие? Разве наших критиков или тех, кто задает этот вопрос с определенным подтекстом, устроят только такие плохие отношения, какие были в ХХ веке? Но опять же, если говорить глубоко и серьезно, давайте посмотрим на тысячелетнюю историю Русской церкви. За всю тысячелетнюю историю Русской церкви (это не моя мысль, ее Святейший Патриарх высказывал), если ставить вопрос с точки зрения свободы, то есть самостоятельности Церкви в своем самоопределении, то сегодня Церковь свободна от государства как никогда.

Думаю, не нужно специально объяснять, каково было положение Церкви в Советском Союзе в ХХ веке. Если же брать несколько столетий синодального периода от Петра Первого до революции – это была эпоха, когда было упразднено патриаршество, и официальная Церковь была превращена в одно из министерств. Да, православие было государственной религией, но ни о какой свободе от государства речи не шло. Поэтому я очень осознанно повторяю этот тезис – Церковь сегодня максимально свободна. По крайней мере, это тот период, когда она абсолютно самостоятельна в своем самоопределении, в том, как ей жить и кого выбирать епископами и митрополитами. Никто нам не дает указаний – ни по кадровым вопросам, ни по каким другим. Я, конечно, имею в виду Российскую Федерацию, потому что ситуация в разных государствах разная. На Украине, как мы видим, она другая. А то, что в России государство помогает православной Церкви - что в этом плохого? Это не означает никакого слияния. Потому что Церковь не занимается политикой и не участвует в борьбе за политическую власть и к этой власти не стремится».

Латвийские коллеги, в свою очередь, попросили Владимира Романовича дать прогноз на тему разрешения непростой ситуации на Украине, связанной с созданием раскольниками при поддержке патриарха Варфоломея и политической власти Украины так называемой Православной Церкви Украины, не получившей общего признания в православном мире и не признаваемой Русской Православной Церковью.

«Наши два основных тезиса не изменились за все эти годы. Первый - решение проблемы преодоления раскола на Украине возможно только каноническим путем, поскольку на Украине существует каноническая церковь – Украинская Православная Церковь, которая является частью большой Русской Православной Церкви.

Второй тезис – политическая власть не должна использовать никакую религиозную организацию в своих целях. То, что сделал Порошенко, используя пресловутый Томос, как один из козырей, чтобы сохранить свою власть – это кейс, который войдет в учебники. В итоге власть политическую он не сохранил, церковную ситуацию не разрешил, все ожидания не оправдал. Все инициаторы нового раскола на Украине говорили, что как только будет создана каноническая Церковь, которой Константинополь дарует автокефалию, то из Украинской Православной Церкви все в нее перейдут. Однако из 12.5 тысяч приходов в раскольническую церковь перешло лишь около сотни, если я не ошибаюсь. Конечно, проблема не разрешена, и она не могла быть таким путем разрешена. Разрешить ее можно, повторюсь, только каноническим путем и без вмешательства политической власти».

Владимир Легойда отметил, что до сегодняшнего дня намерения насильственного захвата Киево-Печерской лавры, о чем периодически появляется информация, не были, к счастью, реализованы, но Украинская Православная Церковь в целом продолжает находиться под давлением. И насильственные захваты храмов раскольниками периодически происходят: «В данном контексте мы надеемся, что власть проявит твердость и последовательность. Поэтому еще раз можно только призвать к этому».

Рассказывая о том, какие коррективы внесла пандемия коронавируса в работу его Синодального отдела и какие вопросы стали сегодня наиболее актуальными во взаимодействии Церкви с обществом и СМИ, гость эфира, в частности, отметил, что к таковым, безусловно, относятся вопросы вакцинации, поскольку вся работа возглавляемого им отдела сегодня происходит внутри пандемической повестки.

Отдельный блок вопросов, адресованных гостю, коснулся молодежи и непосредственных способов медиа-влияния на ее умы. В эфире, в частности, было озвучено, что недавно на своем канале в Телеграмм Владимир Легойда опубликовал данные Института прикладных политических исследований НИУ ВШЭ, который провел онлайн-опрос российских школьников на тему их политических взглядов. В ходе опроса респонденты (500 школьников 13-17 лет) назвали 409 разных блогеров, которых они сморят. Насколько важно сегодня задумываться сегодня о влиянии блогеров на мировоззрение молодежи и подростков?

«Я думаю, вряд ли у кого-то есть окончательный ответ на этот вопрос. В статистике, которую я привел, примечательны не 409 любимых блогеров, а тот факт, что опрашивали 500 школьников. Понимаете? У 500 школьников 409 любимых блогеров. То есть они практически не совпадают. У них нет общих героев. И этот пример является одной из характерных черт современного информационного пространства. Медийная история движется в сторону индивидуализации и дальше эта тенденция будет только нарастать, и в какой-то момент 500 школьников назовут ровно 500 блогеров. Это значит, что достучаться до кого-то из них будет совсем непросто. Просто, когда у тебя есть один канал или один сайт, которые все смотрят. Сейчас все не так. Вот вы упомянули Телеграмм, а знаете в чем фишка? У политических телеграмм-каналов, у которых сотни тысяч подписчиков, аудитория не пересекается. И там, и там подписаны те, кто лояльны либо к автору канала, либо к его редакции. Поэтому вроде бы канал создается политически с целью воздействия на оппонентов, а оппоненты его просто не читают. Хотя, конечно, канал не только на недругов и оппозицию должен воздействовать, но и на сторонников.

Я недавно у нас в МГИМО принимал вступительные экзамены на факультет международной журналистики. Устную часть, собеседование, мы проводили в зуме. Мы с коллегой задаем вопрос: кого вы знаете из современных российских журналистов? Раньше стандартный ответ был «Владимир Познер». Сейчас Познера тоже вспоминают, но реже. А мы за два дня порядка около 30 абитуриентов собеседовали и почти каждому задавали этот вопрос. И из них практически все называли известного журналиста, блогера Юрия Дудя. Замечательно! Следующий вопрос: «А кого из героев его программ вы можете сейчас вспомнить и какие выпуски программы вы смотрели?». Никто не вспомнил ни одного! Одна девочка вспомнила один выпуск. Еще вспоминали, правда, фильмы, которые снимал Юрий Дудь. Что уже хорошо, что люди что-то помнят. У этого факта есть два рациональных объяснения. Либо они называют имя, которое на слуху, в принципе. Либо они действительно смотрели, но ничего не помнят. Понимаете, это повод вообще серьезно задуматься. Насколько вообще и как 16-18-летние сегодня воспринимают информацию и что фиксирует их сознание? Это очень непростая и жизненно важная для нас информация, которую нужно анализировать, поскольку очень быстро эти дети перестанут быть детьми».

Есть ли у Владимира Легойды и его отдела какие-то идеи о запуске какого-то альтернативного проекта Юрию Дудю, пользующегося колоссальным авторитетом у русскоязычной молодежи не только в России, но и за ее пределами? Как выяснилось – нет. Поскольку альтернативный проект предполагает соперничество и борьбу.

«Сегодня любая история в современном информационном пространстве, связанная с миллионами просмотров, должна быть политической. Как точно кто-то недавно подметил - продается только политический контент. Мы живем в такое чрезвычайно политизированное время. Мы в свое время пробовали и пытались разобраться, что такое клабхаус. И когда поняли, что это ерунда, то сразу ушли. Но, тем не менее, успели сделать с моим другом архимандритом Симеоном (Томачинским) две или три беседы на тему «Зачем Данте?». У нас были хорошие отзывы, но я прекрасно понимаю, что «Зачем Данте?» не соберет больше слушателей, чем «Зачем Зелинский?» или «Зачем Ходорковский?». Поэтому первое, что привлекает у Дудя – политический контент. А второй момент – это общая стилистика вопросов, которые задаются. Мы же с вами понимаем, что со времен античности в этом плане мало что изменилось. Поэтому мы заведомо не будем играть на этом поле. Конечно, есть глубокие темы, которые многих волнуют, но они никогда не будут миллионные аудитории собирать.

Но у нас есть, например, батюшки, которых нередко называют священниками-блогерами (хотя не всем им нравится это название), у которых сотни тысяч подписчиков в Инстаграме. И они на очень смелые эксперименты порой идут. Священник Павел Островский, например. У него есть программа, которая называется «Помолчим», где он беседует с подростками. Можно дискутировать и спорить, насколько это правильно и насколько это всем понравится, но многим все-таки нравится, особенно родителям. Я читал их отзывы. И никакого светского аналога я этому проекту не знаю. Это такое ноу-хау, если хотите. Но не безусловное. Поэтому надо смотреть, надо как-то стучаться, но не через создание альтернатив Дудю».

Уже более 10 лет Владимир Легойда имеет возможность находиться в постоянном контакте с Патриархом Московским и всея Руси Кириллом. Коллеги поинтересовались, как лично на нем отражается это многолетнее сотрудничество и какие действия Святейшего он считает достойными быть вписанными в историю Русской Православной Церкви?

«Когда 12 лет назад Святейший патриарх предложил мне послужить Церкви, я ему сказал, что для меня это большая радость и честь. И в общем за эти годы я никогда по-другому это не оценивал. Хотя были сложные моменты, но восприятие того, что происходит, у меня не поменялось. Это очень почетно и очень радостно. Конечно, Святейший патриарх Кирилл – фигура историческая и очень масштабная. То, что он делает – безусловно, важнейшая страница церковной истории. В современном мире это уже все вписано в учебники.

К моменту патриаршества Святейшего патриарха Кирилла был целый ряд проблем и вопросов, накопившихся в новой России в общецерковном масштабе. Первый вопрос - служение священников в армии. Второй - церковное имущество, потому что в 2009 году из храмов, которые были отданы РПЦ и в которых уже проходили богослужения, 90% ей не принадлежали. Они были отданы в пользование. Третий – культурологический рассказ о религии в школе. Вот если сходу говорить, эти те три вопроса, которые были назревшими и перезревшими к 2009 году. И в первые же годы своего патриаршества Святейший патриарх все эти вопросы решил. В частности, в 2010 году был принят закон о возвращении религиозным организациям имущества религиозного назначения. Это был как раз пример совместного движения Церкви и Государства. Далее были системно решены вопросы священников в армии и в местах лишения свободы. Сегодня у нас есть военные капелланы и у нас есть священники, которые специально подготовлены для того, чтобы входить в тюрьмы. И, наконец, по предложению Патриарха, которое поддержали лидеры всех традиционных религий в России, был решен вопрос о преподавании в школах основ религиозной культуры и светской этики, так у нас называется этот предмет и в России у него шесть модулей (четыре традиционные религии, история религии и основы светской этики). Причем это тоже было предложение Патриарха – предоставить возможность выбора модуля родителям.

И, конечно, чрезвычайно велика роль Святейшего патриарха в теме единства Русской Православной Церкви, несмотря на все эти сложности, которые случились на Украине из-за неканонических действий Константинопольского предстоятеля».

В рамках онлайн-встречи были также подняты актуальные вопросы, связанные с современной культурой и ее знаковыми фигурами. В этом году Владимир Легойда успел записать мощнейшую по глубине «Парсуну Петра Мамонова», которая сегодня бьет все рекорды просмотров. Размышляя над вопросом о том, в чем был главный феномен этого человека, Владимир Романович отметил, что Петр Николаевич произвел на него впечатление предельно искреннего человека, не подстраивающийся ни под какие внешние обстоятельства, абсолютно лишенного лукавства и поворачивающего глаза зрачками внутрь своей души.

А должна ли Церковь доносить до людей, что постановки того же «Гоголь-центра» или режиссера Богомолова — это безнравственно?

«Данте говорил, что задача художника перевести человека из ада в рай.
По большому счету есть такой высший критерий. Такой гамбургский счет художественный. Но таких произведений, как «Божественная комедия», конечно, мало. И, как мне представляется, у Церкви нет задачи выступать нравственным цензором художественных произведений.

Я сформулировал в этой связи такой тезис - Церковь меняет людей, а люди меняют мир. По большому счету основная точка приложения церковного взаимодействия с человеком – это общение с его душой. Пасторское общение. И задача Церкви, в первую очередь, не созданное произведение оценивать, а работать с душой человека, после чего он уже не создаст чего-то такого, что нас будет вгонять в краску или заставлять выходить из зала во время спектакля.

Один наш замечательный критик Лев Михайлович Карахан сказал, что в искусстве нет запретных тем, потому что настоящее искусство – это всегда чувство меры. Но у разных людей разное чувство меры. Я, например, не могу смотреть фильм «Груз 200». Потому что чувство меры у нас с режиссером Балабановым разное. И вот в этом смысле в зависимости от конкретной ситуации, особенно если это, допустим, пьеса или фильм о каком-то историческом персонаже, важном или дорогом для каких-то людей, или, когда мы касаемся классики, как в одном фильме сказано «Поставили Пушкина вместе с Дантесом», то, когда ставят Пушкина вместе с Дантесом, то, наверное, можно в приемлемой форме сказать о том, что это не самый хороший способ».

В рамках эфира были озвучены вопросы, поступившие от журналистов из стран Балтии, из Белоруссии, а также экс-редактора газеты Латвийской Православной Церкви «Виноградная лоза», доктора истории и археологии инокини Евфросинии (Седовой). Вели эфир представители проекта «Культурная линия» журналисты Ольга Авдевич и Наталия Захарьят.

 

Ваш комментарий

Чтобы оставить комментарий

войдите через свой аккаунт в соцсети:

... или заполните форму:

Ваше имя:*

Ваш адрес электронной почты (на сайте опубликован не будет):

Ссылка на сайт:

Ваш комментарий:*